Кировчанину вынесен приговор по делу, связанному с обвинением в не изнасиловании супруги?

      Стоит отметить, что обвинение в изнасиловании не основывается на выводах экспертов, которым через несколько месяцев после предполагаемого супружеского осквернения было не о чем делать заключения, и не на реально подтвержденных фактах, а исключительно на свидетельствах «потерпевшей» и словах ее матери, «которые дочь рассказала».

      Однако Руслан сам не отрицал «действия сексуального характера», так как действительно «гладил и целовал тело жены в супружеской спальне», и вовсе не с намерением надругаться.

      После оглашения вердикта 40-летнего мужчину, осужденного на четыре с половиной года, отправили в СИЗО-1. И, несмотря на то что 21 июля в апелляционный суд была направлена жалоба, Руслан заявил о твердом намерении «уйти на СВО».

      Как сообщила вторая жена осужденного, она и адвокаты навещают Руслана через день: «Все наши попытки убедить его в том, что сейчас нет смысла идти на СВО с «позорной статьей», оказываются тщетными. В чем смысл находиться в штурмовом отряде, не дожидаясь вердикта апелляции, да и, похоже, кассационной инстанции? Если, дай Бог, он вернется домой героем, смыв кровью стыд и позор, не отменит ли кто-то его приговор? «Клеймо насильника» будет жечь его душу и сердце. Но когда говорю Руслану, что надо бороться, наплевав на усилия врагов, он лишь сердито отвечает, что «принял окончательное решение».

      С учетом времени, проведенного в СИЗО, срок его «отбывания» уменьшился до 37 месяцев.

      Интересно, что за неделю до вынесения приговора подсудимый случайно встретился с журналистом и был полон оптимизма, считая, что все «ложные обвинения лежат в руинах». Судом также было установлено, что «происходили вымогательства значительных средств со стороны известных кировских «правозащитников», представляющих интересы его жены. Эти «стряпчие» угрожали Руслану не только «вечной отсидкой», но и «лишением бизнеса». Суду были предоставлены аудио- и видеозаписи «вымогательных переговоров», так что в протоколе указаны фамилии «стряпчих».

      Замечу, что, прожив с Алиной 13 лет, Руслан «устал от ее ревности» — хотя, по правде, иногда эта ревность была вполне обоснованной. Когда в семье заговорили о разводе, муж согласился на все условия жены, включая 4-комнатную квартиру (20 миллионов рублей) в элитном доме в центре города, парковочное место, приличный автомобиль и ежемесячные алименты на детей — 100 тысяч рублей. Общая стоимость передаваемого имущества превышала 25 миллионов рублей.

      Супруги договорились подписать брачный контракт, чтобы избежать имущественных и финансовых споров после развода. Но когда проект был готов и оставалось только заверить его у нотариуса, Алина четыре раза — с августа по октябрь 2024 года — не пришла подписывать. Лишь осенью она сообщила, что хочет получить еще десять миллионов рублей наличными, ссылаясь на своего адвоката. Она также произнесла первую угрозу: «Не дашь деньги — будет тебе плохо».

      В гражданском суде, где бывшая семья делила имущество, Алине досталась лишь квартира, стоимость которой — 3,6 миллионов — должна быть передана «бывшему». Вопрос о «хороших алиментах» также ускользнул, так как треть его заработка вряд ли превысит пару тысяч рублей, что далеко от «сотни», которую получает Алина. Даже если весь контингент колонии решит передавать свою зарплату женщине, чтоб удовлетворить ее потребности, ей всё равно недостаточно на привычное благосостояние.

      «Отправив на нары доброго и щедрого мужа, Алина получила квартиру и долги: почти четыре миллиона своему бывшему супругу и, вероятно, не менее того своим адвокатам. Продать жилье она не сможет, поскольку Руслан закрепил за детьми доли в квартире. Ее адвокаты, которые надеялись заработать на Руслан