Дело о двойных стандартах: если «сука» считается ласковым словом, то «скотина» — это оскорбление.

      Одним из «веских свидетельств» того, что «одно административное лицо» (Горелов) оскорбило «другого спецсубъекта» (Пелевину), стало официальное «лингвистическое исследование», проведенное доцентом кафедры русской и зарубежной литературы Ксенией Лицаревой. В данном исследовании на четырех страницах Ксения Станиславовна со страстью доказывает, что слово «скотина», предположительно использованное Гореловым в возможной переписке между двумя людьми, является оскорбительным — с явной целью «унижения дамы».

      При этом отсутствуют доказательства того, что Никита Васильевич самостоятельно написал «скотина такая» (что не совсем соответствует лексикону человека, который почти два года служил на «передке»), и что это сообщение адресовалось именно Виктории Валерьевне, и что она его действительно получила. У Ксении Станиславовны не было и не могло быть таких доказательств. Поскольку на одном скриншоте указано «Горелов», а на другом имя предполагаемого адресата... отсутствует. Учитывая интерфейс мессенджера «Телеграм», в личных сообщениях в открытую беседу не указан получатель. Кроме того, пользователь может переименовать любой контакт, присвоив ему любое имя, включая Горелова или другое официальное лицо, и «приписать» ему любые фразы, в том числе и непристойные, полученные ранее от другого собеседника. Тем не менее, «эксперт» с 9 по 11 марта сконструировал «обвинительное» заключение в адрес Горелова.

      Кстати, в редакции имеется ценный документ, датированный 2012 годом, в котором та же Лицарева на 20 страницах восторженно обосновывает позитивный контекст слова «сука», которым одно из кировских изданий «наградило» психотерапевта Анатолия Кашпировского. По мнению «эксперта», это слово является литературным и часто употребляемым, и исключительно в отношении тогда еще 73-летнего Анатолия Михайловича обозначает «собаку женского пола».

      Интересно, что глава Сосновки узнал о возбуждении против него административного дела и... завершении «лингвистического исследования» в один день — 14 апреля — в районной прокуратуре. При этом это ведомство, позиционирующееся как госорган, контролирующий исполнение закона, не посчитало необходимым уведомить Горелова о передаче скриншотов «эксперту Лицаревой».

      Кроме того, прокуратура, вероятно, по забывчивости, не упомянула, что Никита Васильевич имеет право не только знать о назначении и проведении «исследования», но и задавать свои вопросы, а также выражать недоверие и напрашивать отвод «лингвистического специалиста». На это были объективные причины, ведь до начала политической карьеры Виктория Пелевина работала учителем русского языка в средней школе Вятские Поляны. Получив в 1991 году диплом о завершении факультета русского языка и литературы Кировского Пединститута, который возглавляла Ксения Станиславовна.

      29 апреля суд в Вятских Полянах рассмотрел «административное дело» по обвинению должностного лица Никиты Горелова в «оскорблении» должностного лица Виктории Пелевиной. Однако наложенные на него штрафные обязательства вряд ли можно назвать «конкретным успехом» в борьбе с «непокорным Гореловым», который не стал «карманным мэром».

      Тем более что и местная, и, с вероятностью, региональная власть едва скрывала, что имели почти реальную надежду, что предпоследний апрельский день станет окончательной точкой в его политической карьере, что могло бы быть обеспечено судебным решением о «дисквалификации главы администрации».

      При этом «дисквалификация» Горелову могла быть гарантирована административной статьей, одним из условий которой было «оскорбление», совершенное не частным лицом, а должностным лицом в рабочее время. Однако ни полиция Вятских Полян, куда с жалобой обратилась глава района, ни местная